Звезда и смерть педагогики общего образования

Как-то так сложилось, что в России модно всё называть науками. Естественные науки, противоестественные науки, гуманитарные науки, технические, медицинские, педагогические… И неважно, что наука – одна, со своими отраслями и единой структурой и методологией. Неважно, что наука и техника – принципиально разные виды деятельности человека. «Технические науки» – звучит примерно так же, как «металлургическая гинекология». Наверное, дело в том, что со времен Петра Первого, насаждавшего науку, у нее было приоритетное финансирование. Или еще какие другие причины. Всеми этими «науками» вовсе не обязательно заниматься как наукой. Важно просто их так называть и. Ведь как звучит, а?

Вот и педагогика – наука. Как говорит Википедия, да и другие современные энциклопедии, «наука о воспитании и обучении человека». В дословном переводе с греческого παιδαγωγός означает «детоводитель». Ну, тогда и кораблевождение – наука, и автомобилевождение – тоже. А вообще-то наукой называется система постоянно развивающихся знаний о реальном окружающем мире и внутреннем мире человека. Именно система знаний, самостоятельный феномен: она существует, и хочешь – пользуйся ею, а не хочешь – не пользуйся. А всякое вождение, в том числе и детей – это пользование определенными областями системы знаний (науки) с целью преобразования исходного продукта в конечный продукт с заданными свойствами. Это, по определению, технология. Как и медицина – система научных знаний и практических мер, объединяемых целью распознавания, лечения и предупреждения болезней, сохранения и укрепления здоровья и трудоспособности людей, продления жизни. Ведь технология же? Хотя и основанная на достижениях науки. Ну, почему бы этого не признать и в отношении педагогики? Современная технология – это так прекрасно, так почетно, так надежно.

В том-то все и дело, что с технологией дела обстоят плохо. Сплошная несостоятельность. Но ведь за эту несостоятельность надо нести ответственность! А вот если наука – то какая тут ответственность. Сотни кандидатских и десятки докторских диссертаций на тему правильного написания слов «компетенция» и «компетентность» и всякого тому подобного. Это – наука! Степени ученые ведь присуждаются. А компетенций и компетентностей как не было, так и нет – разве что на бумаге в бесконечной вязи надоевших слов. Все – менеджеры, торгующие на рынках, работать некому. Единицы профессионалов – они были всегда, но когда всё только на них и держится, дела плохи. Как такое получилось и куда летим-то?

В послевоенные пятидесятые годы нас учили сказочные учителя. Когда оглядываешься туда, назад, в другое столетие, диву даешься – до чего же они сами были компетентны. Ну, и соответствующие поколения этим снабдили – до сих пор на остатках этих поколений всё и держится. Понятно: люди пришли с войны (или пережили ее в тылу) и строили новый мир, страстно и ответственно. Главное – ответственно. Потому и компетентно. Педагоги были классными педтехнологами. С корнями из науки. В нашей школе учитель химии Кузьма Никитич Шабдаров был кандидатом химических наук (в те-то годы их, однако, поменьше было, чем сейчас!). Учитель математики Марк Исакович Вайсман, работая в школе, защитил диссертацию по геометрии (не по педагогике!). И учили соответственно. Наука росла как на дрожжах, потому что была массовой. Как в хоккее: все увлекаются – страна впереди. Да и производство из руин поднималось, несмотря на управленческие недостатки и глупости разного масштаба. Что же произошло потом?

Когда я поступал в университет (ой, как давно это было – в 1959 году!), конкурс был 25 человек на место. И в педагогические институты – такой же. Эти ребята еще успели выучить наших детей. Неплохо выучить. И образовать, сформировать их образы. Но уже через десять лет в педагогических вузах возник недобор студентов. Как, почему – причин всегда можно найти множество. (Лучше, конечно, эти причины впоследствии учитывать, чего явно не сделали). И пошли в педагогику те, кто больше не прошел никуда. Потом из них сформировался корпус обучавших педагогике последующие возрастные когорты. И так к сегодняшнему дню прошла пара поколений. Педагогика становилась все более замкнутой и стремящейся казаться самодостаточной. Отсюда и обособившаяся «педагогическая наука». А в замкнутой системе, как известно, энтропия растет (то есть растет беспорядок, а попросту – бардак). Есть такой закон в теории информации. И вот там, в этой системе, все кипит и булькает – защищаются диссертации, внедряются инновации, проводятся реформы. А результаты все хуже. Клиповое мышление на выходе, бездумье, ГИА, ЕГЭ, ГАИ, ГИБДД…

До власти дошло, что дальше так нельзя. И власть сказала: «Исправлять! Даешь инженеров! А то – ишь – менеджеров наплодили!». «Наука педагогика» ответила: «Есть!». И вот уже формируется инженерное мышление в новом потоке педагогических диссертаций. Как формируется – непонятно. Но формируется. Глядишь – физику во втором классе введут. Хотя она никакого отношения к инженерии не имеет – не для того она в школе. Или ещё чего безумного сделают. И пойдем мы в очередной круг по образовательным болотам. Утешая себя тем, что там, за рубежом (где мы и «слизываем» образовательные «инновации») – еще хуже. Естественно, ведь они раньше начали. Почему и в чем – это отдельная статья. Но нам от этого не легче. Людоедские рассуждения «зато наш Вася Иванов – первый на олимпиаде по робототехнике в Париже» не греют: остальные-то что – в отвалы? Остается разве что Вяземский с умниками и умницами. Там все просто: если ты знаешь, что сказал Костя Кастракис Вите Попандопуло в 1914 году у входа в «Гамбринус» – тебе прямая дорога в дипломаты. И ведь правда, народ думает, что таким образом отбираются (уж всяко не формируются!) умники и умницы. Бедный Лавров! Ну и смена ему угрожает со временем! Каких псак наплодим. Бедные мы…

И все-таки, наверное, главная беда не в том, что клиповое мышление, ракеты падают, работать некому и прочая паника. Беда, наверное, в том, что следующее поколение педагогов будет рекрутироваться из сегодняшних продуктов системы общего образования. Это уже не ноль, это – отрицательные величины. Включилась положительная обратная связь – система «идет вразнос».

Поскольку как исходные, так и сегодняшние причины вполне понятны, к этому надо относиться просто как к уже свершающемуся выкрутасу истории, чрезвычайно логичному в своей основе. Когда-нибудь он, этот выкрутас, возможно, закончится. Надо только не забывать закон Моисея: для социально значимой смены способа, содержания и наполнения мышления нужны два поколения. С момента нажатия кнопки – включения осознанного воздействия. Это примерно сорок лет. С учетом сегодняшних темпов – возможно, меньше. Все равно – успеть бы.

Ваш отзыв

Рубрика: Интересное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>